pin_dos (pin_dos) wrote,
pin_dos
pin_dos

Category:

Записки пиндоса. Вторая неделя.

Записки пендоса. Вторая неделя.

День 8.

Отель. После посещения санузла, неожиданно возникает мысль: «надо куда-то съехать из этого отеля».
Из санузла возвращается Пиндос:
- Б…., м….., х... надо отсюда съезжать на …!
- А не поехать ли нам в Ливан. Здесь вроде недалеко.
Решение принято большинством голосов.

Иммигрэйшн офис в Дамаске. Все происходящее вокруг выглядит как мексиканский полицейский участок в голливудском фильме. Находим англоговорящего мента.
- Хеллоу. Нам есть очен нужно получить. Ээээ… как это… ре-энтри визас.
- О. Я вас понимать. Покажите ваш документы.
- Мы есть русские туристы. Хотели бы съездить в Бейрут и вернуться. Но очень не хотеть платить за сирийский виза второй раз.
Внимательно смотрит документы. Какая-то легкая улыбка промелькивает на его лице. Продолжает неторопливо подбирать слова:


- If you… кароче, проще сказать на русском, ре-энтри я вам не дам – довольно смотрит на наши округлившиеся глаза и вытянувшиеся лица. Русская речь с масковско-кавказским акцентом из уст полицейского произвела впечатление, - если хотите в Ливан, купите вторую визу.

Маршрутка Дамаск-Бейрут. Скорость на поворотах снижается до 120 км/ч. Все окна открыты настеж. Все пассажиры, кроме двух пиндосов и одной женщины курят. Женщина грызет какие-то семена и плюется ими на пол.


КПП на сирийско-ливанской границе.
- Укажите в анкете отель, его адрес и номер телефона.
Открываем путеводитель, переписываем из него первый попавшийся отель пять звезд. Пограничник осматривает нас, как потенциальных клиентов этого отеля.
- Таких телефонов не бывает.
- Нет. Мы уверены, это телефон отеля.
- Ну-ка покажите вашу книжицу, - улыбается во весь рот – ну вы даете, в Бейруте давно уже восьмизначные номера. – Вы когда-нибудь посещали оккупированную Палестину?
- Нет.
- Окей. Дайте мне свою карту.
- Карту? У нас нет никакой карты.
- Как нет карты! У вас нет карты?!!! – бежит к старшему офицеру, переполох на КПП, все жестикулируют и тычут в нашу сторону. Подходит старший офицер, – фиг с вами, проходите.

Уже в Ливане Пиндоса озаряет:
- Им нужна была карта, где мы писали “Nationality”!


Остановка. Придорожное кафе в Ливане.
- Ту шаверма плиз – произношу как петербуржец.
В ответ вижу недопонимание, кассир судорожно напрягает мозг:
- Шаурма?
- Йиесс!


За окнами маршрутки начинаются дома, рынки, торговые ряды автозапчастей… Много, много автозапчастей, много рынков и домов. «Вот уже и Бейрут» - говорит попутчик. Едем.
Проходит полчаса. За окнами дома, рынки, автозапчасти. Бейрут. Едем.
Проходит еще полчаса. Бейрут бесконечен. Дух европейской культуры. Повсюду реклама средств от облысения и клиник по пересадке волос.


Отель в двух шагах от даунтауна. Прикалываемся над двумя японцами-бэкпакерами: «гы, приколись баклан, там в рюкзаке типа самурайский меч. Гыгыгы» и т.п.
- Извините, номера на двоих у нас нет, можем дать 4-местный, - обращается к нам Ливанец-на-приеме.
- И что, там кто-то живет что-ли?
- Да. Замечательные японские ребята.
Жить с японцами – все равно, что в отдельных номерах.


- Слушай, Пиндос, в книжке написано, что в Сидоне есть замечательная крепость на воде и ваще там прикольно.

Бейрут. Автовокзал «Кола».
- Нам бы транспорт до Сидона.
- Чего?
- Ну там крепость такая, старый город, мечеть… Вот написано.
- Сайда, что-ли?
- Ну, наверное.
- Вот этот комфортабельный автобус. Или вот на этом чуде доедете.
На остановке 2 автобуса. Все ломятся в большой и комфортабельный, но мест не хватает. Никто не идет во второй. В него идем мы. Разница оказалась очевидной. Как между поездом Москва-Рязань и электричкой, следующей со всеми остановками.

Сайда. Центр города. Пойман 4-й прохожий.
- Не подскажете где тут крепость?
- Нету у нас.
«Видимо Сайда – это не Сидон» - подумал бы Штирлиц, но только не мы.
- Я довезу за 5 баксов – нашелся таксист – знаток старины.
- Оке.
Таксист делает разворот, объезжает дом и.. опа! Мы на набережной.
- Вот ваша крепость. 5 баксов.

Сайда. Старый город.
- Вер а ю кам фром?
- Москов.

- О! Пу-тинг! Ю а велькам, вери велькам! Я покажу вам нашу старую мечеть, - достает какой-то иммиграционный документ и гордо задрав нос – вы умеете читать? Смотрите откуда я!
Делаем вид, что читаем и нам это интересно:
- О! О! Так откуда?
- Да я ж палестинец, – обиженно показывает пальцем графу – моя родня там живет и ваще наш народ борется против оккупантов… бла бла бла. На середине обрывает свое повествование, видя, что нам неинтересно. «Знал бы ты, Рауль, сколько у нас таких палестинцев. Все аулы уже переехали в Черкизово».

Набережная. Пиндосы курят шиишу, смотрят на закат и слушают шум волн. Подходит маленькая девочка с ангельскими влажными глазками и начинает попрошайничать. Как всегда сработало. Пиндос протягивает достаточно большую монету. Довольная девочка отходит от стола и в сторонке тихонечко офигевает. На монете орел с двумя головами! Надо было видеть лицо этой девочки.

Пендосы расплачиваются за покурить.
- Сколько с нас?
- 25000 местных тугриков. – это около 15 баксов.
- Мальчик, ты что-то перепутал, итс ту мач.
- It’s not my business.
Мат. Много русского мата услышали в тот вечер отдыхающие на набережной Сайды. Торговаться? Зачем? Слать, слать и еще раз слать!
- Больше 15 баксов за 2 чая и шишу?! Держи 5 баксов и (очень громко) ПОШЕЛ НА…..Й!

Ночь. Бейрут. Ищем море. В темноте проступают силуэты американских танков в большом количестве. Пендос поднимает фотоаппарат – снять красотищу. «Да, да» - говорю ему, - «нажми на кнопочку, и тебя сейчас же пристрелят». Где-нибудь в другом месте и другое время – эта фраза вызвала бы улыбку на лице Пендоса. Но только не ночью в центре Бейрута. Он так и не нажал кнопочку.

Ночь. Отель в Бейруте. Японцы легли спать.
- Выключу-ка я кондиционер – говорит Пендос, - что-то холодно уже чересчур.
- Да, да. Выключай. Сейчас эти ребята повскакивают, достанут самурайские мечи и порубят нас на брюссельскую капусту.
Пендос не выключил кондишн. Он поставил его на таймер, и кондиционер выключится сам ночью.

День 9.
Маршрутка Бейрут-Баальбек. Скорость на поворотах уже не снижается, да и поворотов мало. Идем 140 км/ч, лихачеству водилы нет предела. Все окна открыты настеж. Все пассажиры, кроме двух пендосов курят. Женщин и детей в такие маршрутки видимо не берут, чтобы не обоссались.

Баальбек. Подбегает загорелый мальчуган.
- Парле ву Франсе?
- Инглиш.

Мальчуган убегает, подбегает его младший брат.
- Прошу, зайдите в наш замечательный отель. У нас самый замечательный гашиш в городе.
- Нет. Спасибо.
- ? Ну вообще у нас и кокаин есть – произносит он чуть тише.
- Спасибо. Не надо.
Подходит ближе, заговорщицки – ну если надо, то и героин найдется.

Октопитус был архитектором при дворе императора. «Ну что эти бюрократы понимают в искусстве» - грустно думал Октопитус, - «как хочу так и строю. А они мне: ты что? Охренел, дарагой! У тебя гигантомания! Да зачем ваще такие огромные храмы здесь, на задворках Империи? Вчера строительный блок 750 тонн упал парню на ногу! У нас и так не хватает людей, чтобы таскать такие блоки!» - зодчий взглянул на свои чертежи: «а может быть я и правда болен? Сделаю колонны немного покороче, 22 метра думаю хватит».

Сижу в тени какого-то большого строения. Рядом немецкий турист снимает семью на видео. Обращает внимание на уставшего меня в тени, наводит камеру и как бы берет интервью:
- Вер а у кам фром? – и широченная такая дружелюбная улыбка.
- Руссиш – говорю с каменным лицом.
- Ооо! – улыбается и начинает изображать что-то вроде танца «барыня» или «яблочко» - Рашн! Дэнсинг!
На моем лице не дрогнула ни одна мышца. Турист перестает танцевать, снимает улыбку с лица и озадаченно смотрит на меня.
- Ноу дэнсинг – медленно проговариваю, пугая и туриста и его семью.

- До Дамаска не подвезете? – останавливаем маршрутку в Баальбеке.
- Могу до трассы на Дамаск, там такси поймаете.
- Океюшки.
Усталость и вчерашняя шаверма дают о себе знать. Заваливаюсь спать поперек сидений, Пендос поступает аналогично. Просыпаюсь, чувствую, стоим. «Наверное заправка». Сплю дальше.
Просыпаюсь. Стоим. «Наверное совпадение». Сплю дальше.
Просыпается Пендос. «А где это наш водитель?». Просыпаюсь. Стоим. За окном Баальбек, водителя нет. «Козел. Ну и фиг с ним, хоть поспать можно». Сплю.
Пендос идет искать водилу. Заходит в придорожное кафе, там наш пацан кушает шашлык. «Сейчас, еще минуту и поедем» втирает шумахер Пендосу.
Просыпаюсь. Слышу голос Пендоса: «Этот козел нас кинул, скушал шашлык и пошел его закуривать. Надо его тоже как-нибудь кинуть». Говорю «ага», сплю.
Просыпаюсь. Едем. Посмотрел вперед на дорогу через плечо шумахера. Сон улетучился моментально. Скорость та же. Окна открыты. Оборачиваюсь на салон. Все курят, женщин и детей в такие маршрутки не берут.

Почему такси от Бейрута до Дамаска такое дешевое? Потому что берут деньги с каждого пассажира. 3-4 человека на заднее сиденье, 2 на переднее. А ведь можно еще и на коленки посадить.


Дамаск. Обходим отель за отелем – мест нет. Находим отель все постояльцы которого – африканцы, и служащие тоже афро-арабы. Бросаемся проверять санузел. Ура! Раздельный.
Вентилятор на потолке неспешно крутится. Номер похож на наркопритон. «Дожили. Мы в гетто».


День 10.

Билеты на иорданский автобус в кармане. Последние часы в городе. Забираемся на гору Касиун. Хозяин кафешки на обрыве с видом на Дамаск нашел отличный способ разводить посетителей. Заказываем стандартно: «итнэйн щай энд шиша». На стол кроме этого падает: вода, 2 корзины с орехами, 4 корзины с фруктами и 1 корзина непонятно чего. Когда приходит время расплаты, хозяин, видя что пендосы не притронулись к его корзинкам, невозмутимо говорит «может вам завернуть это ваше с собой?» Вот такая заподлянка – вписать в счет кучу дерьма, которое вы кушать не желаете. Вот тут началась бойкая торговля. «Это очень дорогая кафешка!» - кричал хозяин, показывая на свои пустые столики. «Это очень по-свински за 2 чая!» - кричали пендосы. В итоге все пришли к консенсусу где-то на середине стоимости. Мужик выглядел ну очень обиженным.


Последние часы в старом городе. Между швейных рядов прямо у стены мечети Омейядов забираемся по винтовой лестнице на крыши. Там нас удивленно встречают местные, но вместо того чтоб надрать задницы «шоб не лазили где не следует», радостно начинают экскурсию по крышам. Жаль, что времени уже нет.


Остановка где-то в пути на юге Сирии. Ливанская шаверма дает о себе знать все сильнее. С большими глазами несусь к сортирной будке. На входе мальчуган берет плату за посещение. Кричу ему: «Бумагу! Срочно!» В ответ юный бизнесмен разводит руками, нету типа. Залетаю в придорожный магазин хозтовары. Там тоже нету.

А теперь такая картина: подбегает пендос к газетному лотку, выбирает себе газету на арабском, перелистывает пару страниц с таким видом, будто его заинтересовали результаты региональных выборов. «Беру». Удивление в глазах продавца сменяется тревогой: «видимо шпиён».

Что наблюдает мальчуган: некий пиндос входит в сортир с арабской газетой, выходит оттуда уже без газеты. Все что смог сказать мальчишка: «Why?». Видимо применение бумаги в таком качестве туземцам в тех краях было вдиковинку.


Амман. Ночь. «Никогда не верь амманским таксистам» – гласит народная мудрость.
- У нас ночной тариф – говорят таксисты.
- А мы прогуляемся пешком – говорят пендосы.
Везут.
- А вы знаете, что в вашем отеле нет мест? – говорят таксисты, предлагают свой отель.
- Знаем. Нам посрать, нам нужен именно этот отель – говорят пендосы.
Везут в какой-то третий отель.
- Мы пойдем разрулим для вас номер в гостинице – говорят таксисты.
- Спасибо. Мы уж как-нибудь сами, – пендосы бегут в отель.
Таксисты (зачем-то они ездят по двое ночью) просачиваются в отель и пытаются договориться на арабском о комиссионных за двух привезенных пендосов. Пендосы, видя все это, демонстративно разворачиваются. Таксисты теряют к ним интерес. Интерес к пендосам появляется у гостиницы. «Сори. Мест у нас нет, но раз вы рюкзачники, для вас спецпредложение – места на крыше под соломенным навесом».

Оформляемся. Работник отеля переписывает наши паспорта. Как бы между делом интересуемся: «А мы там не замерзнем на крыше?» Парень смотрит еще раз на наши паспорта: «да вы че, ребята. Вы же из России».



Услышав родную речь, к нам подлетает украинская дивчина огромного размера. Знакомит с мужем Ахмедом. Угощает водкой. Муж пьяный в жопу с трудом подбирая слова, признается Пендосу «О, я люблю эту женщину. Но она столько много пьет!». В итоге у них начинается пьяная разборка о правах женщин в арабском мире, и мы идем на крышу.


День 11.

Ливанская шаверма понимая, что ее все это время игнорируют, дает решающий бой. Это было черное утро.


Таксист вез по счетчику. «Не верь этим гадам никогда» - вспомнилась мудрость.
- Пендос, этот гад возит нас кругами.
- Вот гад.
Ловим новую машину.
- Автовокзал.
- 2 динара.
- 1 динар?
- Нет. 2 и все тут.
- 1 – это максимум. – фраза такого рода впоследствии неоднократно пригодилась.
Обижается, гордо отворачивается и уезжает. Ага. Отъезжает метров на 50, сдает назад, открывается дверь. Парня как подменили, улыбается: «садись, дарагой».

В нескольких километрах от Мертвого моря. Стопим автобус «Тойота» типа «ПАЗ». В нем веселая компания: 4 иорданца, сириец и ливанец едут на пикник.
«Русские?» – удивляются попутчики,- «А где же голубые глаза?».
Расстаемся с ними уже у таблички «Иорданцы вход – 25 копеек, иностранцы – 4 динара». Такое положение дел не устраивает сирийца и ливанца.

Тех, кто оказался на мертвом море впервые, видно невооруженным глазом: они резвятся как детишки и радостно повизгивают. Бросаются в глаза два японца: один лежит на воде с газетой, второй курит сигару. Оба довольно что-то обсуждают.

Вечер. Амман. Автовокзал. Сидим в пустом автобусе до Акабы, нас обещали высадить у поворота на Петру. По цене билета до Акабы (неплохо так доехать до Сергиев-Посада автобусом на Ярославль). Автобус медленно, в течение 2,5 часов наполняется курящими арабами и грызуще-плюющими арабками. Последнему пассажиру достается место, на котором вместо спинки 2 железяки с натянутой тряпочкой. Пассажир поправил очечки, положил на полочку дипломатик и смиренно сел.

«Странно, зачем это высадили пендосов посреди дороги в этой глуши» - думал таксист.
«Странно, что это делает таксист в этой глуши» - думали пендосы.
«Странно, что это я так дешево их везу» - сожалел таксист.
«Не все иорданские таксисты одинаково бесполезны» - радовались пендосы.

День 12.

Петра. Отель в пригороде. Пендос проснулся на рассвете. Какая-то неведомая сила подняла его и повела по направлению к сортиру. Проходя мимо окна, он мельком взглянул на далекий пейзаж. «Ё-маё, где это я? Видимо приснилось» - подумал Пендос и лег спать дальше.


Касса на входе в Петру.
- 25 динаров за вход – это не по-людски! – сокрушался Пендос – давай обойдем и попробуем зайти в нее сзади.
- Да. Конечно. Римляне тут годами пыхтели, не могли ее никак завоевать, а Пендос взял и обошел сзади.


- Донки бэк! Донки бэк! – орут туземцы, предлагая прокатиться на ослике.
- Спасибо, ослиный зад нам не нужен. – отказываются пендосы.
- Может быть кэмэл бэк?
- Предпочитаем женщин. – понятно, что предлагают обратную дорогу, но игра слов очень веселит пендосов.

В ущелье, среди необъятных скал раздается жуткий вой или рык. В общем, от этого звука бегут мурашки по спине.
- Что это было, Ватсон? – спрашивает Пендос.
- Мне кажется, это была выпь. А может собака Баскервилей.
Пройдя несколько метров, мы увидели ослика. Неудачно привязанный к скале ослик, стал орать как раненый волк, когда тень ушла, и солнышко стало его припекать. Эхо разносило его голос по горам и многократно усиливало.


Пендос вышел к обрыву. Где-то там далеко внизу, можно было разглядеть деревца, вокруг вздымались разноцветные горные вершины и скалы, разукрашенные песчаником. Набрав полные легкие воздуха, Пендос инстинктивно прокричал низким голосом: «ПО-ШЛИ ВСЕ Н…-….Й!!!» и стал вслушиваться, ожидая эхо. Посмотрел на меня разочарованно и наверное успел подумать: «жаль, что нет эха». И тут раздалось ответное «пО – лИ – сЕ - нА – кУ!!!».


Проблема. Мы забыли название нашего отеля (да уж, сколько их уже было). В Петре их тьма. Таксист катает нас по городу и пригороду. Всем весело.


Акаба. Таксист пытается помочь двум пендосам. Пендосы остерегаются машины с зеленой полосой, не верят ни единому его слову и загадочно переглядываются. «Наверное приехали из Аммана» - думает таксист, - «попробуй докажи теперь, что мы не все ссучные».

Акаба. Порт. Ближайший паром в Нувейбу только в час ночи. «Странно, не обманул таксист» - удивленно думают пендосы.

«Га-зи-ро-вка!» - втираю продавцу воды – «Нет. Кола – не то. И фанта со спрайтом и эта гадость тоже. Все – не то! Вот смотри, видишь – кола булькает. А теперь берем пузырики… и опускаем их вот в эту бутылочку, которая «минерал ватер». Дай мне это!» Веселью продавца нет границ. Вот насмешил чертяга-пендосина. Подавай ему воду с пузырьками как в коле. Ха-ха-ха!

Паром. Верхняя палуба находится на свежем воздухе. Но свежего воздуха почему-то нет. «Арабским духом пахнет» - палуба заполнена до отказа людьми, сэкономившими на стоимости парома. Более пендосское помещение, находится где-то в середине парома, только там непонятно – едет посудина или стоит.

День 13.

Египет. Нувейба. Камера предварительного заключения таможни. Выглядит все как в северокорейской тюрьме из фильма про Джеймса Бонда. Решетки и толстых прутьев на окнах, дубовый стол посередине комнаты, по которому ползет жук. Лампа на проводе тускло освещает пространство над столом и огромную муху, нарезающую круги в этом пространстве. В камере 4 пиндоса смиренно ждут своей участи. Двое южноафриканцев молча переглядываются, а двое русских громко матерятся. Наконец офицер вызывает русских на допрос. Более светлая комната с более жирной мухой и жирным сержантом за столом.
- Какова цель вашего въезда на территорию Арабской Республики Египет?
- Вылететь отсюда домой.
- Вы когда-нибудь посещали Израиль?
- Нет.
- Вы собираетесь посетить Израиль?
- Нет.
- У вас имеются какие-либо связи с Израилем?
Так и хотелось поправить солдафона, что в арабском мире принято говорить «оккупированная Палестина»:
- Нет. Мне посрать на ваш долбанный Израиль. – при слове «Израиль» солдафон встрепенулся и оживился. Видимо ему послышалось что-то иное.
- Вы приехали бомбить Израиль?
Широкая улыбка озарила мое лицо. Увидев хмурое побагровевшее лицо сержанта, улыбку попытался убрать. Выручил Пендос:
- Вы ослышались. Мы с другом приехали сюда, чтобы оценить всю прелесть синайских коралловых рифов и красоту местной природы. Мы отдохнем в Шарм-Эль-Шейхе, оставим там немного денег и улетим оттуда самолетом в Москву.
- Покажите ваши деньги.
Я выгребаю какие-то купюры из 4 пройденных государств. Пендос достает кредитку и с видом Рокфеллера демонстрирует ее полицаям.
- «Some thousand» долларов вас устроит?
Ликвидность кредитной карты Пендоса подтверждается его честными глазами.

Таможня ставит нам бесплатную визу «Sinai only» - это и была роковая ошибка, помешавшая закончить повествование двумя частями.



Египет. Дахаб. Ближайший самолет на Родину только послезавтра, поэтому есть отличный повод оттянуться в виндсерферском раю. За символическую сумму селимся в давно заброшенном кемпинге. Совершаем обход серф-станций на пляже, Пендос находит инструктора, чтобы научится кататься на доске. Причем выбирает не русского, а более дешевого немецкого, и просит за день дать недельный курс базовых основ катания.

День 14.

Тюленинг продолжается. Пендос, чувствует в себе силы великого серфера – берет доску в аренду на целый день. Ветерок дует как надо. Видно, что уроки инструктора прошли не зря. Пендос умело стартует с берега, уверенно держится на доске и… уплывает в море. Далее спасательный катер его отлавливает где-то далеко и привозит к берегу. Радость Пендоса не знает границ: и на доске покатался и на катере. Эпизод повторяется второй раз… третий. Небольшая передышка на пляже. Теперь на серф-станции Пендос – враг №1.

- Пойду-ка я еще покатаюсь немножко, - произносит довольный Пендос.
- А ты посмотри в глаза серфингистов-спасателей и подумай хорошенько.
- Да, что-то не очень добрый взгляд. Полежу еще немного.
Через 15 минут.
- Ладно. Тихонечко около берега покручусь пока.
Сказал и уплыл в море.

Автобус везет нас в аэропорт Шарма. В динамиках заунывно надрывается известный египетский певун. Его песня, если это можно так назвать, длится не менее часа. В сочетании с мелькающими за окном горами, музыка вводит в полный тибетский ступор. В голову начинают лезть мысли о Родине.

Развод таксистов Шарм-Эль-Шейха своеобразный. Наклейка на лобовом стекле гласит «город-аэропорт фиксированная цена 40 фунтов». Едем в аэропорт за 40.

Сюрприз. В аэропорту все вымерло. На входе стоят несколько тупых полицаев: «Какие еще кассы? Идите ребята гуляйте, аэропорт закрыт, самолетов на сегодня больше нет».

Едем в город за 30. Ищем авиакассы в городе. Не находим ничего, кроме моря, пляжей и русских туристов.

Едем в аэропорт за 20. На въезде 2 террориста с рюкзаками вызывают повышенный интерес и подвергаются тщательному (ну не совсем конечно) досмотру. Рано утром нам обещают встречу с турагентом «Тез-тура», который легко разрулит нам билеты.

(Голосом Дроздова) Пендосы - собиратели. Они бродят по пустынному залу ожидания и собирают мягкие подушки со всех кресел и диванов. Взяв по 4-6 подушек, они обустраивают свои гнездышки, чтобы перезимовать свою первую ночь в аэропорту.
Продолжение... http://pin-dos.livejournal.com/2684.html
Tags: египет, записки пендоса, иордания, ливан, сирия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments